AZTAGRAMBOOK 2
Глава IX:
«Незабываемое лав-стори Фатимы»

-Наша королева пришла! Нармин ханум!– с этими словами приветствовали Нармин в салоне высокой моды «Le Salon», которым владела жена дяди. До свадьбы Фатимы оставался один день. Помимо гача-гача с подготовкой и званым ужином, устроенным Фидан, Нармин еще и успевала встретиться со всеми жертвами шантажиста у себя в салоне, опросить их. Никто не рассказал ничего полезного – Кеша сказала, что звонила девушка, Лейла – что ей писали с фейкового аккаунта, родители Фатимы – что опять же, писали с женского профиля. Преступники хорошо заметали следы. Джамиль искал по своим каналам, и как раз в конце примерки позвонил Нармин со словами:

-Я нашел его.

-Шутишь?

-Нет, серьезно. Я нашел его! И ты его знаешь. К счастью или к сожалению.

-Только не говори, что это Руфат.

На том конце провода раздался мягкий смех.

-Твой бывший не такой изверг.

-Хотя бы намекни!

-Нельзя.

Нармин засыпала с чувством выполненного долга: она это сделала! Да и не просто, а с помощью ненаглядного Джамиля. Вся семья будет ею гордиться, и она сама будет гордиться Джамилем, а потом ее со спокойной душой выдадут за него замуж.

Наступил день свадьбы. С утра Нармин красили, причесывали, продумывали образ в салоне. Затем пришел в салон Джамиль – ему тоже сделали укладку. Нармин возмущалась:

-Тебе нельзя видеть меня до свадьбы!

-Ну ты же не невеста.

В момент, когда они спорили и дурачились, в салон пришла Марьям. Марьям Эс – Нармин уж точно не ожидала увидеть ее, но она пришла, попросила сделать укладку, так как не успевала к своему мастеру. Нармин была приятно удивлена, заказала ей чай за счет заведения и сказала, что она здесь, «если что». И тут весь гостеприимный настрой Нармин испортился благодаря фразе Марьям:

-Ой знаешь, Нармин, после тех слухов, что у тебя тут камера в массажке и собирают видео… Я вообще боялась сюда идти, и Тима не пускал. Но у меня не было выхода. И вроде не все так ужасно, как… по слухам.

Нармин, не моргая, слушала тираду приятельницы, а затем, только и смогла сказать:

-Никогда не верь слухам, дорогая Маша. Я за кофе.

В слезах уединившись в кабинете, она позвонила Фидан. Хотя не было никакой надежды, что та ответит в этой суматохе.

-Я даже не ждала, что ты ответишь.

-Поэтому решила начать рыдать до того, как я подниму трубку.

-Такой гачагач сегодня.

-Но я всегда беру трубку, если мне звонит лучшая подруга. Я же – не ты.

Нармин пересказала содержание их диалога с Марьям и той обидной фразы, проигнорировав упрек.

-Ой, слушай, ну я бы на твоем месте вообще не парилась бы, ну это же Марьям, она 10 на 2 в уме умножить не способна. Калькулятор достает.

-Что, серьезно?

-Клянусь, сама в Загульбе видела. Да эта Марьям устроила своему Тиме вечеринку-мейхану!!! Чего ты ждешь от нее?

-Что за мейхана?

-Ну просто она решила отличиться и организовала вечеринку-мейхану на его день рождения. Представь. Сидят все такие, гламурное сообщество города Баку, пьют коктейли, едят суши… под мейхану. Она дура, короче, не обращай внимания. Ты вообще готова?

Нармин проверила часы: было уже 2 часа дня.

-В 4 буду у вас.

-Это поздно! Будь в 3. Ну все, пока, до скорого.

Нармин, так зацикленная на проблеме, даже не спросила, что там решили с шантажом.

«Наверное, разобрались», - подумала она, и стала наряжаться, изо всех сил стараясь не думать про слова Марьям.

…Свадьба проходила великолепно. Прелестные наряды, красивое оформление, яркие платья, у каждой девочки оригинальный фасон. Нармин получала эстетическое удовольствие от всего происходящего. Она не опоздала, успели пофотографироваться везде и в разных позах, со всеми, начиная от невесты и заканчивая ее – ныне здравствующей прабабушкой. Жених, едва знакомый с традициями, взял себе азербайджанского ассистента на все время свадьбы, чтобы тот подсказывал ему, где встать, что сказать, что происходит. Ассистент походил на робота, или бесплатное приложение.

-А в первой брачной ночи он тоже будет ассистировать? Неужели нельзя было выучить свадебные обряды заранее! – прошептала на ухо Нармин ее мать, не переставая радостно хлопать танцу молодожен в доме невесты.

-Мама, хватит язвить. Он тоже человек, хоть и иностранец.

Нармин взглянула, как мать хлопает в ладоши, при этом возмущаясь, и озадачилась: ну как мама сочетает в себе недовольство и радость?

-Надо успеть со всеми пообщаться на свадьбе, - вздохнула Нармин, копаясь в телефоне, пока они ехали в лимузине в «Бута Палас». – А то начнутся сёз-сехбяты.

-Доченька, запомни, главное - со столом аксаккалов. Сёз-сехбяты начинаются оттуда, и только.

Свадьба проходила весело. Нармин узнала новое поверье:

-Говорят, если 7 раз была йенгой, то попадешь в рай, - рассказывала Эльмира ханум, двоюродная тетя Фатимы и Фидан.

-А это какой по счету у тебя, Эля? – поинтересовалась Пери-ханум.

-Уже третий.

-Еще чуть-чуть и прямо в рай, - подтвердил Илькин, кузен Нармин.

-Эльмира, - обратился к ней супруг, имевший привычку подтрунивать над супругой. – Может откажешься, пока не поздно? Твоя нога – не из легких. Помнится, в прошлый раз на этой миссии, жених разъяренно бегал по квартире и проклинал йенгу.

-Э-э-э, Вугар. Подумаешь. В прошлый раз это была сорокалетняя тетка.

-В прошлый раз это была твоя сводная сестра, - напомнил супруг.

-Хватит!

На свадьбу приехали все – в том числе Илькин – кузен Нармин, учившийся на инженера в Германии. Пока взрослые отвернулись к экрану, транслирующему лав-стори, он уверенно наливал себе в рюмку для водки… воду. Сын с отцом весело чокались, в то время как глаза Пери-ханум превратились в блюдца.

-Вы его извините, - обратилась она, сгорая со стыда, к Эльмире. – Он в этой Германии совсем уже потерял стыд, сидит со взрослыми, пьет спиртное.

Третья, четвертая рюмка.

-Mən burdayam, все хорошо, - заверил дядя Нармин.

И только Пери хотела сказать:

-Посмотрите только как он себя ведет, сразу видно – пьян…

Как в зале раздалось имя невесты «Фатима» - и гости решили, что вероятно, к ней обращается ведущий или певец. Все искали глазами ведущего, и в этот момент зал взорвался от оглушительных звуков, мужских и женских стонов, характерных для близости.

Зрители обратили взгляд на экраны – только что там транслировалось развитие романтических отношений Фатимы и арабского жениха в дубайской пустыне (для съемок лав-стори они специально отправились в Дубай на неделю), и оно сменилось видео откровенного секс-ролика. Лица и даже тела девушки было не разглядеть, кроме цвета волос – ярко-рыжего, прямо как у невесты. Пока администрация ресторана возвращала музыку, невеста разодрала фату и заплакала. Тут же подбежали подруги невесты, ее увели. Жених, далекий от азербайджанских свадебных традиций человек, оглядывался растерянно. К нему подошел ассистент.

-Скажите, Мамед, это часть традиции? – уточнил араб. – Фатиму сейчас приведут обратно? Это как кража жениха?

-Боюсь, что нет, мистер Махмуд. Я никогда не видел подобных традиций.

Затем стенания стихли. Ни один гость не произносил ни слова, каждый старался взглядом, жестом, мимикой показать, что произошедшее не имеет к нему отношения. Нармин сидела за столом, близким к танцполу и смотрела в пустоту. На параллельной линии находились арабы в традиционном наряде. Тут она спохватилась: где девочки? Где Фидан?

Она схватила сумочку и решительным, насколько это позволяло длинное платье, шагом отправилась в невестинскою комнату. После протяжной тишины в зале раздались слова: «А мы продолжаем нашу свадьбу!» наигранно-веселого тамады.

Если не знать о произошедшем, то на подходе к комнате Фатимы, из-за оглушительных рыданий и причитаний можно было подумать, что умер кто-то молодой.

Нармин тихонько вошла. Фатима сидела прямо на полу, несмотря на уговоры устроиться в кресле. В окружении 5-6 девочек, она рыдала, не отрывая ладоней от лица.

-Что за стыд! За что мне это все? Мы ему заплатили, сказали, вторую часть заплатим после свадьбы… За что-о-о? Боже, чтоб он сдох, урод! Мой жених меня ненавидит! Моя семейная жизнь под угрозой! А что, если он вообще меня вернет?

Никто не смел ничего советовать, потому что все были согласны с Фатимой. Все бы чувствовали то же самое в этой ситуации. И каждая, смотря на подавленную горем невесту, понимала, что ее могли бы точно так же подставить.

Тут Нармин пришло озарение:

-Фатима, он же иностранец.

Она подняла голову, посмотрела по сторонам и сказала:

-Откуда звук идет?

Фидан даже не повернулась к ней.

-Что?

-Муха жужжит, что ли?

Нармин была в шоке:

-Вы издеваетесь? Это сарказм?

-Это ты издеваешься, Нармин! Ты обещала со всем разобраться, обещала своей мачехе, обещала своей семье. Если бы не ты, моя свадьба не расстроилась бы! – разразилась вновь рыданиями Фатима.

Нармин не нашлась, что сказать. Она чувствовала себя виноватой, и лишь посмотрела Фатиме в лицо, долгим, но пустым взглядом, повернулась, и ушла. Она не произносила ни звука, не говорила про себя ни одной мысли, лишь шла, забрать свою сумочку, лишь звук каблуков доносился в ее печальной тишине.

Она позвонила Джамилю:

-Увидемся через час в португальском ресторане.

До той злополучной свадьбы, Нармин обожала аэропортовскую трассу, дорогу в «Палас» и обратно. Здесь все было, как заграницей. В «Паласе» проходили свадьбы близких друзей и родственников. Но этот день наложил ужасные ассоциации на это шоссе, этот дворец, этот узор в виде буты. Весь дух ее был преисполнен ненависти и отчаяния. Ей было так стыдно, что не хотелось жить! За окном мерцал сонный, убаюкивающий город Ветров.

***

Джамиль принес букет роз. Нармин была тронута и чувствовала вину перед ним за то, что не могла от души радоваться. Она посмотрела на букет, уголки ее губ шевельнулись в грустной улыбке.

-У меня для тебя сюрприз, - сказал он и достал два каких-то билета. – У тебя есть красивый купальник? Мы едем на Шри-Ланку.

На столе лежало два билета.

-Какая Шри-Ланка, я не могу взять и уехать. Я и так уезжаю или ухожу каждый раз, когда происходит что-то плохое. Я уехала, когда весь город узнал, что меня предали отец и парень. Я ушла, когда на свадьбе моей подруги поставили порно с ее участием. И сейчас – опять уехать? Когда мою мачеху шантижируют под риском аборта?

-Мы близки к разгадке, - взял бойфренд ее за руку, после того как она рассказала о произошедшем и вновь расплакалась. – Я все разузнал. Теперь нужно твое мнение как эксперта бакинской тусовки.

-Ты знаешь, кто шантажирует моих подруг?

-Да. Ты должна выбрать из трех кандидатов.

Первым Джамиль показал фото Теймура, мужа Марьям Эс.

Нармин, которую накануне свадьбы сильно обидела Марьям, так и хотелось подтвердить:

-Это он! Это он! Надо его сдать.

Но больше всего на свете Нармин ненавидела клевету и никогда не подставила бы подножку невинному. Вместо этого она спросила:

-Почему он?

-Он резко разбогател в последние полгода несмотря на то, что у его отца все отняли.

Нармин кивнула:

-Да, я слышала эту историю. Его отец в тюрьме за финансовые аферы. Ужасная история. Никто не мог себе представить, что его посадят. У этой семьи было столько ресторанов, жилых комплексов, заправок…

-Он может быть очень зол на весь этот круг и таким образом мстит.

-Вполне себе мотивация. Но я слышала, что он не разбогател, а просто Марьям отец помогает.

-Это не оправдание.

-По своему опыту могу сказать, что Теймур не способен на злобу, хоть ты его в этом подозреваешь. Он не умеет лгать.

-Ладно. Следующий кандидат. Турал Гафаров.

-Турала всегда подозревают во всех преступлениях. Он – козел отпущения. Стоит чему-то плохому произойти в городе, сразу валят на него. Потому что он наркоман и бездельник.

Нармин выпила жасминовый чай и успокоилась. Жизнь вновь заиграла красками и ей нравилась эта игра в детективов. Тут на экране замигали сообщения в «Телеграм» от мачехи.

«Я в шоке от того, что произошло!!! Мне так страшно! Они могут поступить так со мной!» к сообщению прикреплена ссылка на новость из желтой прессы, в которой писалось:

«На свадьбе дочери азербайджанского чиновника произошел странный казус».

Нармин зависла, листая новость и проверяя Инстаграм.

-Так почему ты подозреваешь Турала?

-Ему нужны деньги. Сейчас он играет в казино, и ему всегда нужны новые инвестиции на это увлечение.

-Но у его семьи отличные возможности.

-И они спонсируют ему казино? Не может быть.

Нармин засмеялась, и после протяжного хохотания, сказала:

-Ты просто никогда не жил в Баку. Бакинские мажоры и богачи готовы спонсировать самые нелепые увлечения своих детей, лишь бы они оставались зависимы от семьи.

-Из твоих слов выходит, что у Турала есть мотивация избавиться от оков семьи.

-Но он в Грузии. И это не самый умный человек, чтобы заниматься криминалом…

-Ладно. Третий кандидат.

Джамиль уткнулся в телефон, в поисках третьего фото, в тот момент, когда у их столика раздался характерный мужской бас. Джамиль отложил телефон в сторону и Нармин краем глаза увидела фото того, кто уже был у их столика. «Вспомнишь г…о – вот и оно», - только и успела подумать девушка.

Нармин подняла голову и только успела разглядеть торс Руфата. Он толкнул сидящего на диване бойфренда Нармин:

-Эй, надо поговорить.

-Что ты делаешь? – Нармин не успела осознать просходящее, как Руфат уже тянул Джамиля к выходу.

Руфат был вне себя от ярости. Она выбежала за парнями на улицу. Ресторан находился в темном переулке возле Торговой, и звать на помощь было негде.

Он продолжал толкать Джамиля, а потом схватил за рубашку и притянул к себе.

Он говорил бессвязные и бессмысленные фразы:

-Ты вообще что о себе возомнил? Да ты знаешь, кто она? Ты знаешь, что я с тобой сделаю?

Потом он обратился к Нармин:

-Сейчас же садись в машину и поехали домой!

Нармин только и произносила:

-Руфат! Руфат! Ты что делаешь? Успокойся! Оставь его в покое! Ты наверное пьян!

Из темноты вышло еще два качка, они, повалив Джамиля на пол, пинали его. Тот скрутился от боли. Нармин не знала, что делать, откуда звать на помощь. Она хотела забежать в ресторан, но боялась. Там ее все знали. Что про нее скажут? Не может справиться со своей личной жизнью! Еще подумают, что ради нее дерутся. Хотя по-моему, так и было.

Забив бедного Джамиля до полусмерти, Руфат последний раз обратился к Нармин:

-Тебе нужно уходить отсюда. Ты не знаешь, что тут происходит.

-Руфат! Руфат! Ты с ума сошел! Не делай этого! Хочешь разобраться – разбирайся со мной.

-Уезжай. Я отвезу тебя домой.

-Ты псих! Я никуда с тобой не поеду!

Из глаз Нармин ручьем текли слезы, но она не обращала на это внимания. Она уже не пробовала остановиться.

Когда Руфат убедившись в недееспособности своего соперника, хлопнув дверью машины, уехал, она расплатилась в ресторане, забрала вещи и вызвала такси до больницы. Джамиль еле дышал и едва мог говорить. Таксист помог загрузить почти безжизненное тело Джамиля в машину.

В дороге он пытался тактично молчать, но все-таки осторожно спросил:

-С вами все в порядке?

-А как вы думаете?

-Вам нужна помощь?

-Мы и так едем в больницу.

Буквально через час по всему Фейсбуку разошлось видео, как неизвестные избивают сына владельца ювелирного завода с пикантным названием: «Пикантный любовный треугольник. Почему сын бизнесмена не может отпустить бывшую?»

Нармин провела ночь в больнице, читая комментарии, в которых смаковалась ее личная жизнь.

«Он встречается с самой богатой девочкой города, вот Руфатик и страдает», - писал какой-то сорокалетний Мамед Мамедов, безработный.

«Не переживай, папочка найдет тебе новую игрушку», - заверяла тридцатилетняя Элоиза Евгеньева, танцовщица. Вероятно, мечтала оказаться на месте «игрушки».

«Совсем эти дети богачей обнаглели, сделали из улиц спокойного Баку криминал!!!!!»

«Пенсионеры денег на еду не находят, а эти…»

Нармин часто видела в новостях о себе и людях своего круга косвенные обвинения с таким контекстом – пенсионеры голодают, дети попрошайничают, бездомные животные страдают, а вы – как вам совесть позволяет ездить на дорогих машинах и жить в особняках? Из-за этих комментаторов, преследующих людей ее достатка, она никогда не чувствовала себя по-настоящему счастливой, не была благодарна богу за то, что у нее есть.

Нармин свыклась с мыслью, что Руфат – шантажист. Почему тогда он приехал бить Джамиля, именно в тот вечер, когда они вели свое расследование? И по иронии судьбы, в момент, когда Джамиль достал его фото…

Нужно ли ему это? Да, несомненно. Он жадный до денег. А деньги нужны всем. Да, зарабатывать деньги таким низким путем – конечно, не в его стиле. Однако ты никогда не знаешь людей… И их истинных желаний. Одно беспокоило Нармин – у него могли быть и видео с ее участием.

Хотелось спать. Кто бы мог подумать, что из пышной свадьбы вечер перетечет в безучастную больницу? Джамиль был без сознания, ему обработали раны и дали какое-то лекарство. Нармин не знала, кому позвонить. Она не знала, есть ли у нее после этого подруга.

«Я бы никогда так не поступила по отношению к Фидан. Я ее от всего оберегала. От Джамали, от слухов, от плохих людей, и вдруг… Как только я не смогла что-то сделать, она от меня отвернулась».

Нармин прервала трагичный монолог и огляделась вокруг. В противоположном конце коридора появился знакомый женский силуэт. Она держала сумку, загнув локоть, и о чем-то громко флиртовала в врачом, несмотря на позднюю ночь. Нармин это возмутило бы в более бодром состоянии, но теперь она лишь безучастно наблюдала. Интересно, подойдет? Узнает? Не узнает? Все лишилось какого-то смысла и значения. Если приятельница сейчас подойдет к Нармин, она ей все расскажет, как есть. Слишком дорого приходится платить за ложь во имя «чистой репутации».

Заметив старую знакомую, Джамаля помчалась к ней. Как говорят по-азербайджански, с таким энтузиазмом, будто увидела отца родного.

Хочешь моментально узнавать о новых сериях?
Получай весточку на почту!