AZTAGRAMBOOK 2
Глава XI:
«Мы все под подозрением»

Солнце почти не проникало в палату №15, впрочем, как и во все остальные палаты больницы. Медсестра, которую мы застанем в курилке в кромешной тьме, уже привыкла к отсутствию света. Шутила между собой с коллегами, что работа их напоминает вампирское логово. Несмотря на сентябрь по календарю, была все та же жара, что и в разгар лета. Потушила сигарету на половине, взгляд упал на ногти. Нужен маникюр. Стыдно выходить в люди с такими ногтями. До зарплаты еще столько… В кармане всего 20 манат.

А впрочем, много ли она выходила в люди? Нет. Уже позабыла, когда последний раз ходила гулять или в гости. Денег катастрофически мало. И в отпуск пока нельзя. Надо работать. Надо оплатить маме лечение в Иране. Сделать ремонт, покрасить стены, отправить денег брату в Россию, скопить на приданое сестре… Ох, ну что за жизнь? Всю жизнь – борешься, выживаешь, а не живешь. Постоянно думаешь, на что потратить в первую очередь, а что подождет до следующей зарплаты...

Ее скорбный монолог прервала коллега:

-Заканчивай курить, там пациенту плохо. Укол надо сделать, чтоб заснул. Давай быстро.

В палате лежал немощный, седой старичок. Несмотря на морщины, лицо его производило приятное впечатление. Только трясущиеся губы выдавали в нем человека, пережившего сильный стресс – но молчащего о нем.

-Эллиночка, - обратился аксакал к девушке, когда она наклонилась, обнажая его рукав. – Ты постриглась… Красавица моя. Тебя никто здесь не обижает?

Медсестра лишь улыбнулась, ничего не отвечая.

-Там в Бузовнах у меня золото осталось от деда. Ничего, вот выберусь отсюда, продам все и купим тебе достойный джехиз.

Все еще игнорируя старика, она ввела внутривенный укол. Старик тут же выпал из реальности. Вошла коллега, та самая, что звала ее делать укол.

-Ну что, пойдем обедать?

-Кто такая Эллина?

-Не знаю. Дочка, может, его, раз он ей джехиз покупает.

От старика жутко пахло, несмотря на то, что его помыли и обработали раны. Его привезли ночью без документов и опознавательных знаков – он упал с крыши малоэтажного дома. Неизвестно, как он на нее взобрался. Его подобрал и привез в больницу прохожий мужчина, который также не располагал информацией. Приходилось держать старика за счет больницы – не выбрасывать же на улицу несчастного.

***

-О-о-о-о, да-а-а-а, вот здесь тоже, - постанывала она по-английски, пока нежные, смуглые руки филиппинца скользили по ее замасленной талии.

-Нравится масло? – спросил он с присущим причудливым акцентом.

-Аромат отличный.

-Нармин ханум заказывает их прямо из Индии.

Фидан с Нармин бесшумно нырнули в дверь с табличкой «Don't disturb». Встали напротив массажного стола, пока клиентка их не видела, смотря в другую сторону. Они молча наблюдали за процедурой.

Нармин достала телефон с включенной камерой и сказала еле слышно подруге:

-Посмотри на нее. Лежит, кайфует как овечка. Как будто не она только что визжала как свинья на ресепшне…

И уже во весь голос, снимая на телефон процедуру, сказала, копируя их любимый сериал «Сплетница»:

-Снято в спа-салоне «Хатун»: Айтен Мамедова получает удовольствие от рук молодого массажиста!

-ААА!

Айтан подпрыгнула на массажном столе, придерживая интересные места полотенцем.

-А ну, вон отсюда!

-Мой салон, где хочу, там и стою! – Нармин обратилась к сотруднику. – Эдрио, гоу.

Филиппинец покланялся и ушел, не поворачиваясь спиной. Айтан присела на массажном столе, поправляя «шишку» на голове.

Фидан заперла дверь. Нармин опустилась на стул, напротив клиентки.

-Ну, рассказывайте, дорогая Айтан ханум, зачем вы били моего жениха?

-Ты вообще кто такая, молоко на губах не отсохло, ничего я тебе не расскажу.

-Не расскажете – я сама вас буду шантажировать этим видео.

-Да, говорят у тебя тут тоже камера. – Айтан опасливо оглянулась на стены. - Вы с этим Джамилем, видимо, на пару работаете!

Фидан с Нармин переглянулись.

-Так вы подозреваете Джамиля?

-Ты что, из полиции что ли?

-Нет, я из Ленкорани, но выросла в Баку.

Спустя 30 минут угроз Айтан ханум все же сдалась.

Айтан вела независимое расследование, и по своим каналам расшифровала IP адрес шантажиста – квартира на имя Джамиля Ахундова. Айтан приехала в Баку, чтобы самостоятельно найти его и дать взбучку. Но перед этим решила зайти в новомодный салон «Хатун», который тоже имел отношение к скандалу. И о чудо! – Джамиль как раз оказался на ресепшне в этом салоне. Айтан ничего не оставалось, как отмутузить его прямо там.

Пока шла драка, Фидан умудрилась отвлечь телохранителя, сказав, что их машину пытаются угнать. Он тут же побежал к тачке, а они в это время связали и затащили хаясызку в массажный кабинет. Нармин приказала мастеру своего дела – филиппинцу Эдрио не выпускать истеричку, пока она не успокоится.

Эдрио жил в Баку уже 10 лет, и успокаивал и не таких азербайджанок, так что был готов к трудным клиентам. Когда вернулся Шкаф, Гюля ласково сообщила ему, что его хозяйка решила посетить спа-процедуры.

Фидан слушала историю багамской азербайджанки, зрачки ее становились похожи на 50-копеечные монеты.

«И как Нармин выкрутится на этот раз?!» - подумав, взглянула она на подругу. Но на лице Нармин не было ни одной эмоции. Она – чистое спокойствие! Фидан на секунду забеспокоилась – уж не соучастница ли она?

Подруги оставили Айтан ханум переодеваться. По дороге в свой кабинет, Нармин все так же молчала.

Фидан не выдержала и выпалила, стараясь при этом не кричать:

-Ты что?!

-Это не он.

-Откуда-да ты знаешь?

-У него около десяти объектов недвижимости в аренду в Баку. Кто угодно может быть. Может, его даже подставляют.

-Поражаюсь твоему хладнокровию. Если бы мне сказали, что мой жених шантажирует весь город, я бы уже вернула кольцо.

-Но я – не ты. И ты – не я, - взглянула Нармин заклятой подруге прямо в глаза, отворила дверь кабинета, и зажгла сигарету.



***

А вот интересно, что бедность - всегда обозначает как отсутствие денег, так и сопровождающие это явление, беды. А богатство - финансовое благополучие, но при этом далеко не отменяет бедности духа и отсутствия проблем.

Семья Самедовых отличалась в городе скромностью и утонченностью. Их дочери, особенно младшая, ахали и охали при непечатных словах. Излюбленным способом Фидан и ее матери Ширин выражать свои чувства на людях – притвориться, будто им стыдно и неудобно.

-Стыд, - объясняла когда-то покойная бабушка Фидан. – это твой щит от наглецов.

Они берегли свою репутацию так же тщательно, как реликвии, доставшиеся от предков, и сертификат, подтверждающий их аристократическое происхождение. Подобные вещи особенно были дороги сердцу Ширин – диплом долгое время висел у нее в гостиной, на радость хозяйке и гостям.

Муж был против подобной детали интерьера.

Они часто ссорились на этой почве.

-Надо быть скромнее, - говорил он.

-Но ведь только такие же, как я будут знать, кто я! А я хочу, чтобы все знали, из какого я рода.

-А зачем тебе «не такие как ты»?

Если с сертификатом что-то случалось, Ширин жгла узерлий, объясняя это тем, что сертификат знает все и принимает на себя негатив окружающих. При этом она приговаривала "От плохого сглаза, от плохих намерений убереги мою семью".

То сентябрьское утро сопровождалось классической музыкой по каналу "Меззо" и жгучим, одурманивающим запахом могильника.

Фидан проследовала на кухню, и без слов и пререканий позволила маме выполнить магический ритуал. После того как Ширин похлопала ей по правому плечу раскаленной сковородкой и отпустила завтракать, Фидан уточнила:

-Опять упал?

-С утра все идет как-то не так.

-Твоих размеров на распродаже не осталось?

Вместо ответа у лицом перед Фидан засверкал дисплей телефона, и новость:

"Старшая дочь азербайджанского бизнесмена выходит замуж".

И селфи Нармин и Джамиля на обложке, взятое из Инстаграма жениха.

-Позвонила моя тетя. И стала отчитывать меня, мол, а почему Фидан все еще не замужем? Фатиму отдали за иностранца, но Фидан обязательно должны за нашего, вон ее одноклассница за кого выходит. Поторопи ее. Ну, я сказала, что мы ищем тебе жениха… Так неприятно стало. Зачем я должна это все выслушивать. Только нажала отбой, сертификат упал.

-Ужас. Какое вообще кому дело.

-Моя тетя такой человек, при ней нельзя делать что-то не так. Если кто-то с кем-то на свадьбе не поздоровался, сразу начинает обсуждать, кто, как, почему. А уж такой вопрос как замужество ее сильно волнует.

-Надоели они мне все! Пусть займется своими дочерьми, - Фидан прожевала тост.

Ширин продолжала сканировать ленту новостей.

-Ты на это посмотри…

И опять протянула телефон дочери.

"Новый Зейналабдин Тагиев*: Меценат оплачивает операции больным лейкемией и содержит несколько приютов".

"Бизнесмен и меценат Эльдар Бабаев, соучредитель и владелец IT-компании, безвозмездно помогает малоимущим семьям. Он оплатил уже с десяток операций в Иране детям, а также взял на себя содержание приютов для сирот. Личность Эльдара Бабаева долгое время оставалась в тени; он не желал общаться с прессой и разглашать информацию о благотворительной деятельности.

Но одна из семей, получивших помощь, дала эксклюзивное интервью нашему порталу и рассказала о Божьем спасении, которое пришло в лице этого бизнесмена. В планах Бабаева так же построить приют для животных и несколько библиотек в регионах страны. Многим богачам в нашей стране стоило бы взять пример с этого молодого человека".

На обложке красовалось селфи Эльдара в оптических винтажных очках и той самой машине, взятое из Инстаграма.

-О-о-о-о, это еще один позор, - взялась на сердце Ширин. - Какой-то молодой бизнесмен помогает детям и животным, что тогда скажут про наш круг? У вас столько денег, а вы никому не помогаете. "Вам стоило бы брать пример!" - передразнила женщина последнюю фразу, скорчив кривую гриму и выпятив нижнюю губу.

Фидан пять раз прокрутила статью вверх и вниз, чтобы убедиться, не спит ли она наяву. Побежала к той сумочке, что была у нее в день драки между Айтан и Джамилем в "Хатун". Достала оттуда красную карточку.

-Мама, я выхожу замуж! Это - мой таксист!

-Доченька, все нормально с тобой? Какой еще таксист? Мы не пользуемся такси. Лена, - повернулась она к домработнице. - Ты еще не сделала Фидан кофе? Моя дочь еще не проснулась…

-Мама, это - мой таксист! - только и повторила Фидан, будто это добавляло объяснений. - Я с ним ехала к Нармин в салон, когда машина сломалась. У него кабриолет. Он приглашал меня на свидание.

И Фидан убежала в свою комнату, в спешке набирая цифры с визитки на телефон. Прокричав:

-Потом все объясню, - она захлопнула дверь.

-Вот так и бывает, - сказала Ширин, не то домработнице, не то самой себе. - Пустили один раз на такси поехать. Qızı tək buraxsan, ya halvaçıya gedər, ya kəmançıya.


***


Джамиль Ахундов вырос в обеспеченной семье, но при этом родители воспитали его с братом в некой строгости. Он не был избалован дорогими машинами и красивыми девушками. Его интересовал семейный бизнес, в 15 лет он уже работал на ювелирном заводе наравне с другими сотрудниками холдинга. Любил помогать людям вокруг, всегда делился.

Родители объяснили ему доходчиво, что не все живут так хорошо, как они. Его отец переехал в Россию, и за душой не было ни гроша; потихоньку поднялся. Он начинал с одной ювелирной лавки в полуподвальной комнате, и вскоре стал одним из самых успешных людей в этом бизнесе. Да и не только в этом.

Джамиль мечтал однажды стать таким же успешным, как свой отец, и все время посвящал тому, чтобы учиться и работать.

В 21 год он уже открыл свой продакшн и снимал клипы для друзей-музыкантов.

В Баку ездил часто; ему было понятно, почему отец уехал оттуда за лучшей жизнью. Но понятий бакинских глубоко не знал, даже на азербайджанском говорил плохо. Он был простой и хороший парень, честный и верный. Мечтал когда-нибудь встретить ту самую, которую будут заботить не деньги, а настоящая любовь. Конечно, азербайджанку.

Задача была непростая: ну как ему скрыть свое богатство, или свое имя? Слишком известной его семья была. В 22, будучи одним из управляющих отцовского бизнеса и владельцем собственного, он уже отчаялся искать настоящую любовь и пустился в пьянки с друзьями, беспорядочные связи и гламурную жизнь. Клубы, путешествия в соседние города на уикенд, вип-места, закрытые тусовки… Он не пытался запомнить уже лиц девушек, что были с ним. Не запоминал больше клубов, марки машин, которые водил, названия городов, в которых был, отелей, приятелей… Просто жил, от похмелья к похмелью, принимал изменяющие состояние сознания вещества, веселился, снимал клипы, и на повтор, до тех пор, пока не случился один разговор, изменивший всю траекторию его жизни.

В одно такое похмельное и очень раннее утро, 5 утра, размеренное потребительское существование потревожил видеозвонок.

-Привет, ты клипы еще снимаешь? Звонила Яна, московская подруга. Их связывало не так уж и много: романтические отношения, трипы с грибами, поездки на фестивали и любовь к Баку. Побывав в этом городе всего раз, она обзавелась национальным костюмом, армуду-стаканами, амулетом от сглаза в виде глаза, афтафой (декоративной, разумеется) и мечтой построить семью с азербайджанцем. Хоть с Джамилем, хоть с кем-то еще.
На музыкальном фестивале в Хорватии, во время ее очередного монолога о том, как прекрасен Баку с его дремучестью и архитектурой, парень спросил, как неожиданно чихнул:
-Да почему ты так хочешь за нашего выйти?
Ее привязанность к Азербайджану была так сильна, что выглядела бы одержимостью или лицемерием. Первое, учитывая то, что употребляла девушка, вполне реально. Второе Джамиль ставил под сомнение.
-Есть очень важное отличие! То, чего нет у нас, славян.
-Обрезание?
-Семейные ценности. Да у вас же вообще так редко разводятся!
Джамиль уже хотел разочаровать подругу, как много молодых семей в Азербайджане уже в первый год жизни решают, что им не по пути. Но Яну окликнул друг, и она пошла танцевать, сверкая кислотным бикини в ночи.
Профессиональная тусовщица, эксперт по гламуру, любительница держать дома экзотических животных типа игуан и удавов. Наступил день и час, когда грибы и другие волшебные вещи больше не "вставляли", фестивали закончились, а им с Джамилем больше не о чем было говорить. Она раздала питомцев в хорошие руки и колесила по миру. Прыгала с парашютом, жила в Африке и Австралии три года.Теперь вернулась в холодную весну, в Россию-матушку, и вторглась в жизнь Джамиля тем утром, прогнозируя ветер перемен - или переменчивый торнадо?
Одним словом, с Яной никогда не было понятно, к чему все это, и чем закончится, но в итоге понимаешь, что вообще не особо-то и нужно понимать, чтобы жить на полный ход.
Достаточно того, что она о тебе не забыла в своем урагане желаний, перемен, тоски и экзотических экспериментов.
-Смотря для кого, - медленно проговаривая каждый слог и попутно раскрывая пасть для зевка, ответил Джама.
Он оглядывался по сторонам и просыпался: где он?
Почему в номере пусто, где вещи? Вдали доносилась какая-то смесь джазза с мугамом, за окном белели Альпы, и его вчерашняя гостья вынесла из номера все, начиная лимитированной зажигалкой, заканчивая кошельком из натуральной кожи.Ну, а телефон великодушно оставила.Помянув легкомысленную дамочку непечатным словом и продолжая держать у уха свое единственное имущество - телефон, он взглянул на горы. Так, будто эти немые свидетели хранили хоть какие улики... Рассказ Яны лился из динамиков. В лаундже аэропорта познакомилась с азербайджанцем, которому наплела от большой влюбленности, что является певицей и у нее скоро выходит клип про любовь к Баку...Как вернулась домой, папа заказал у знакомого продюсера, песню, ну а клип...
Вот клип приходится разрулить самой.
-У меня всего неделя. Ну ты же успеешь? Джамочка, я привезла тебе сувениры из Африки! Самая большая сложность была в том, что для клипа нужна девочка 14-15 лет азербайджанской внешности... Ну и какой азербайджанец в России отпустит дочь сниматься в клипе какой-то Яны?
Джамиль, как джентльмен и мужчина Слова, пообещал со всем разобраться.
Умылся, выпил воды. Сел на кровать позвонил помощнице отца.
Хочешь моментально узнавать о новых сериях?
Получай весточку на почту!
В предыдущих сериях...