Рассказы в полную луну
Подпольный клуб "Ампир"
Я живу в Баку уже не первое столетие. В самом сердце его – Старом городе. Тебе может это показаться престижным местоположением, но знаешь? Кровь везде одинакова на вкус. Но ты-то спросил не о крови, а о любви, и вот что я тебе скажу. Ни одна сущность на этой планете не застрахована от любви.

Эх, что вы, нынешняя молодежь, знаете вообще об этой Крепости? Для вас это просто набор домов да старинных камней, вы и улиц-то названия толком не знаете. Не то, чтобы их истории.

А надо бы. В Крепости что ни столетие – ничего не меняется. Малая Крепостная улица – как была ею при царе, так и осталась. Большая Крепостная? Точно так же.

Я выбрал Старый город для резиденции, потому что сюда проникает, во-первых, мало света, а во-вторых – это особая среда, неподвластная ни времени, ни законам полиции. Здесь живут по своим понятиям добра и зла. Также как и мы, вампирское племя.

Ты, дружок, присаживайся, да поудобней, что ли. История моя не короткая, а ты – с дальней дороги. Наливай себе во-он из того бочонка, угощайся. Эта у меня коллекционная – AB, четвертая. Редкий экземпляр. На планете такой всего пять процентов. Собирал, можно сказать, по капле.

Семья моя начала поставки крови задолго до того, как был принят указ о запрете укусов. Когда дед, предприниматель до мозга костей, начал это бизнес, над ним хохотало все вампирское село: «Ну кто станет покупать кровь у поставщика, когда вот она, кровушка-то, ходит, бесплатно? Кусай, кого заблагорассудится».

К счастью, времена те минули.

Я выкупил небольшой, но уютный особнячок в городе Ветров. Баку переживал нефтяной бум и здесь можно было вести любой бизнес, чего уж говорить о вампирском клубе. Я сразу же занялся обустройством «Ампира», как делал это в десятках других городов и поселений. Баку на тот момент был сродни Эльдорадо. Черного Эльдорадо. Ну, раз нефть – черное золото, пусть будет и эта версия Эльдорадо черной. Не сочти за расизм, приятель.

Ты пей.

Собрания моего клуба исправно проводились по четвергам и субботам. Во всех городах, в любые годы и столетия. Ты знаешь, что это за дни?

Нет, ну откуда ж тебе знать. Вы, молодежь, ничем не интересуетесь – что вампиры, что люди.

Четверг – день Юпитера, дня бога молний. День молодого бога Зевса. По четвергам мы принимали в клуб новичков и проводили соответствующие ритуалы посвящения.

Суббота – день Сатурна, бога щедрости, сметавшего на своем пути все, даже собственных детей. Ну, и еще Сатурн символизирует время. Так уж удобно совпало, что в субботу по времени получалось у всех. В этот день мы устраивали щедрые, праздные застолья, и обсуждали события прошедшей недели. Кровь, словно вино на людских застольях, лилась рекой, ну а что еще нужно вампирам низшей касты? Мой бизнес процветал.

Несмотря на то, что кровь пьют лишь низшие и средние из вампиров, на них-то и держится вся индустрия и экономика нашего мира, и клубы, подобные «Ампиру».

Подпольный клуб «Ампир» лишь формально был подпольным, чтобы не привлекать внимания враждующих с нами подвидов и существ. На самом же деле весь свет Закавказья бывал здесь. Это в 22-м веке найти качественную кровь – в цивилизованном, конечно, мире, с соответствующей лицензией, для любого вампира не составляет особого труда – а тогда, триста лет назад, вампиризм и его принципы были абсолютно не изучены и подвергались ужасной критике.

Только у меня, старика Элисея, всегда можно было найти качественную кровь здорового человека, без болезней, подделок и на любой вкус.

Но ты не подумай – у меня собирались не только кровососущие.

О, каких только существ не видали эти стены!.. Поэты, писатели, чиновники, политики, танцоры, певицы. У тебя, юный мой соплеменник, отвисла бы челюсть, если бы ты узнал, кто из исторических личностей не был на самом деле человеком. Точнее, был им – но не круглые сутки и не каждый день недели…

Впрочем, мой клуб - на то и клуб, что в нем действуют правила, и первое из них – правило анонимности. Любой, кто бы ни пришел сюда, будь то звезды эстрады, колдуны, оборотни – все они чувствовали себя в «Ампире», как дома. Я всех принимал одинаково гостеприимно и анонимно. Здесь никто и никого не осуждал. Потому что – знаешь? Жизнь. Нельзя угадать, как она обернется, и удастся ли тебе прожить ее человеком от начала и до конца.

Вампиры по природе своей не охотливы до сплетен и интриг, потому что сами живут подпольно и ценят личное пространство.

Если не учитывать наличие крови в бокалах и коктейлях, приготовленных лично Элисеем по особым бабушкиным рецептам, наши вечера ничем не отличались от людских балов. Те же разговоры, обмен новостями, флирт, смех, музыка, танцульки, пышные наряды.

Что еще тебе сказать? За исключением редких казусов, в «Ампире» всегда было спокойно, я лично следил за тем, чтобы мужчины вели себя пристойно, а дамы – чувствовали безопасность.

Баку – город маленький, все друг друга знают, и всегда знали, так что в клубе скорее не знакомились – а встречались друг с другом дальние знакомые и старые друзья.

В один из таких прекрасных субботних вечеров, когда мы в очередной раз прославляли Сатурна, дегустируя кровьтейль «Кровавая Елизавета», в состав которого якобы входила кровь царицы, в дверь громко и настойчиво постучались. Все гости прервали свои занятия – кто вел оживленную беседу на тему происхождения вампиров и людей, кто флиртовал с давним другом, кто – наслаждался напитком, ну и так далее. Все обернулись на меня, а затем – на дверь. Пока удивление росло и я шел с того конца залы, стук раздался еще раз.

Я никого не боялся, ко мне ходили и чиновники, и политики, ну а уж русская полиция в Ичери-шехер вообще не совала свой нос. И все же – такой стук и живого напугает, что уж сказать о полузомбированных кровососущих, которых каждый день преследует смерть.

Я взглянул в глазок – это был всего лишь один из постояльцев клуба, нефтяной предприниматель средней руки, Заур.

-Элисей гардаш, впусти! – запыхавшись, просил он с характерным бакинским акцентом, растягивая гласные. – Это я да. Заур.

-Скажи пароль, - я не сомневался, что это Заур, по его акценту. Но есть правила.

-Черное солнце.

-Принято.

Пропустив бокальчик красной и отдышавшись, Заур завел разговор: по соседству с ним поселился странный тип – не то рыбак, не то алхимик. Занимается в своей лаборатории чем-то крайне загадочным. Каждую ночь возвращается с бульвара – Заур так думает, что с бульвара, так как видел у него рыболовные снасти. Да, конечно, вампиры не охотны до сплетен, но когда по соседству появляется нечто загадочное – и наше племя не прочь поломать голову над ребусом!

Одна уважаемая дама, имеющая на все свое мнение, предположила, что сосед Заура, вероятно, ищет нефть в море.

-Зачем же ему удочка? – возразили все.

Дама обиженно надула губки и отвернулась – к стойке с бокалами.

-Я думаю, он хочет изобрести философский камень. Люди мечтают жить вечно, - предположила бариста, юная дева Мелисса, моя протеже. Мелисса, хоть и трудилась баристой в ночном клубе, имела отличное образование и аристократическое происхождение. Она была из вампиров высшей касты и питалась не кровью, а энергией и чужими эмоциями. Славная девочка, особенно она любила слезы.

Ох, не знаю какой черт, или как принято говорить на Востоке, шайтан, шепнул мне на ухо:

-Заур-джан, а приведи ты своего соседа к нам.

Вампир вампира – видит издалека. Заур неспроста заметил эту таинственную личность. Я опущу подробности нашего с ним знакомства – сосед оказался оборотнем. Мамеда – так его звали, порадовало наличие подобного клуба в Баку. Он был грузинским азербайджанцем и переехал из Тбилиси. Оборотней мы в Баку встречали редко, это особая каста разброшенных по свету одиночек. Никто не хочет видеть рядом вампира, еще меньше – оборотня. Мамед рассказал, что он особенно беспокойно чувствует себя на растущей Луне и разумеется, в Полнолуние. И как же радуется, когда лунная энергия идет на спад! В Баку нет лесов – бедолаге приходится идти к Каспию, и там просить у водных сил хоть какого-то утешения. Мы все посочувствовали, особенно благосклонна была к нему Мелисса.

Если вампиры нашли какой-то способ бороться со своей природой – запретить укусы и поставлять питание в промышленных масштабах, то для оборотней еще не придумали никакого лекарства. Они выли, ныли, мучили себя, мучили других тварей, и пугали людей.

В общем, Мамед был на приеме разок, и много Лун после – я его не видел. Однажды после полнолуния, когда я делал заготовки на четверг, оборотень пришел к порогу «Ампира» вновь.

-Здравствуй, - поприветствовал я его. – Проходи.

Выглядел он нервно и очевидно торопился.

-Элисей, - спросил он, проигнорировав и приветствие, и предложение войти, да и вообще все нормы приличия. – У тебя есть кровь?

-Кровь-то у меня всегда есть, - ответил я более настороженно, оглядывая гостя с головы до ног. Оборотень, помимо неряшливого вида, выглядел еще и тоньше, чем в прошлый раз. Брюки едва висели на моем знакомом. – Но помнится, ты получал копию Правил.

-Получал, получал, - отвечал оборотень быстро, будто за ним гнались. – И все же я умоляю! Это экстренный случай. Я заплачу что угодно, я сделаю для тебя что угодно.

Вампиры моего уровня не нуждаются ни в деньгах, ни в почестях. Я дал оборотню от ворот поворот, потому что второе правило клуба «Ампир» гласит: никакой крови «на вынос». Никакой, никогда, ни бокальчика, ни капельки, ни чашечки, ни ложечки. Делается это ради нашей же безопасности. Выпивший по незнанию кровь вместо вина или сока, никогда не будет человеком. А мы уже не в той эпохе, когда кусаем людей и распространяем заразу. Нет, мой друг, мы, вампиры, устали и равномерно стремимся к вымиранию. Так что я никогда не позволял утечек. В прямом смысле.

Мамед приходил вновь и вновь; он просил, он умолял. Зачем ему, оборотню, кровь? Я на тот момент и не задумывался. Может, для друга, может, для подруги. Во всяком случае, я плохо это представлял, ведь любой мог прийти в «Ампир» и получить то, что ему необходимо. Даже если несчастный не мог заплатить, я не отказывал. В том веке не было ничего хуже голодных вампиров.

Как-то раз нас с эльфом отвлек от сортировки кровьтейлей очередной неспокойный стук. Я направился к двери сам, чувствуя, что это исключительно по личному делу. И не ошибся - это мой новый друг Оборотень.
-Здравствуй.
-Элисей, бонжур.
-Проходи.

Как говорят в этих краях, sözlü adama oxşayırdı, было видно, что ему есть, что сказать.Угостившись кровьтейлем, Оборотень не замедлил рассказать о проблеме.

-Я знаю, старик, ты живешь один, ну, с эльфом. А второй этаж-то у тебя пустует. Мне тесно и темно в своей каморке. Сдай мне помещение.
По природе я вампир добрый и щедрый, так что согласился помочь бедняге с одним условием:
-Нечисть всякую не водить, хорошо? Здесь приличный клуб, высокое общество. Ты занимаешься алхимией, я в курсе. Никого не осуждаю за стремление вечно жить. Но никаких ведьм, гарпий и прочих из нижнего мира.
Ох, доброта в этом мире порой возвращается тут же. Прямо в сердце. Чесночным колом!

Через месяц, накануне очередной Сатурналии, мой верный эльф доложил, что Оборотень приволок по черному ходу какой-то сверток больших размеров.
-Похож был на простын, в котором мусульман хоронят, господина!
(Мой эльф-прислужник плохо изъяснялся по-русски и по-французски, он был из кавказских краев).
Перед тем как подняться на второй этаж, я повернулся к вешалке у окна, за плащом, чтобы придать себе более грозный вид. И что ты думаешь, я увидел?

Полную Луну, нависшую, как угроза, такую круглую и белую, будто на сносях и вот-вот родит нового идола. И я скажу тебе, молодой друг, с высоты векового вампирского опыта - все что ни случается в этом мире важного, страшного или масштабного - всегда достигает пронизывающего всё и вся пика, именно в Полнолуние. Луна пропела мне, будто шальная императрица, что предвкушает веселье: "Э-элисей, то ли еще будет!" Я показал ей кулак и отправился к арендатору.

В центре мансарды действительно лежал сверток, похожий на кефен, в которых хоронят мусульман.

-Дорогой Мамед, не объяснишь ли ты мне что это за сверток? - спросил я его. Он стоял спиной и слегка дернулся, услышав за спиной голос. Несмотря на Полную Луну, оборотень выглядел спокойно. Я даже засомневался, оборотень ли он, или прикидывается?

Сверток, тем временем, колыхался. Было там что-то, не похожее по комплекции ни на человека, ни на ведьму, ни на вампира. Но и животным не пахло.

-А, Элисей, бонжур.

-Ну бонжур.

-Не знал, что в Каспии водятся русалки, - говорю я безучастно, еле сдерживаясь от того, чтобы укусить нечестного зверя.

-Там и амфибии водятся, на дне совсем, так сразу и не отыщешь.

Сказать, что я был зол, не сказать ничего! Как я мог довериться этому оборотню? Я посчитал его разумным существом, он же повел себя, как типичный мужчина с Кавказа.

Похитить девушку! Ладно, она лишь наполовину девушка, но все же. Теперь в моем особняке живет неизвестный подвид. Пока я выяснял детали происшествия, сверток несколько раз колыхнулся. Он ударялся об пол, обнажая синеватый чешуйчатый хвост.

Луна отливала свет прямо на чердак, освещая Каспийскую пленницу. Я пообещал себе выгнать Мамеда в следующее полнолуние, и отправился готовиться к Сатурналии.

Но и в следующее Полнолуние я не решился сделать этого…

Видишь ли, друг, ночные скрежеты и царапания потолка сменились мелодичными песнями Изабель. И каждый раз, когда я, пробудившись от нежной мелодии, вылетал покружить над сонным городом, на асфальт отбрасывала тенью пышная грива моего арендатора, свисающая из окна, а крепостные коты с интересом поднимали головы к особняку, разве что не подпевая этой причудливой паре... Он ее назвал - Изабель, но настоящего имени не знал никто. Да и бывают ли имена у этих исчадий ада? Мне неведомо.
В "Ампир" ходили разные сущности, только вот Русалок никто не видел раньше. Они были в диковинку даже для нас, искушенных кровососущих.Да, я каждую минуту помнил, что Изабель - демон. Мы все - исчадия ада, отбывающие земной срок не в лучших условиях. Но даже если ты трижды демон, нужно помнить, кто живет с тобой по соседству.

А иногда в окне рисовался ее стройный нагой стан - Изабель позировала для статуи, которую Мамед мечтал установить на бульваре. Будто Баку - Копенгаген!

Шли дни, менялись месяцы. Члены клуба, что прознали об Изабель, просили показать ее.
Однажды Мамед привел ее на Ювеналию (пиршество в День Юпитера). Ей нельзя было часто выходить в свет. Русалочка - тоже вампир, она питается вниманием - поэтому они завлекают моряков своим пением.

Мамед рассказал мне на Ювеналии, как они познакомились. В полнолуние мой друг в очередной раз мучился у вод Каспия, прося у моря спасения, и оно пришло. Изабель запела ему, и приступ тут же прекратился. Мой друг почувствовал облегчение, какого не видал раньше.

Это была любовь.

Кончилось все тем, что Изабель, махув плавником на запрет выходить в люди, под угрозой смерти, приходила ко мне каждый день выпить крови, чтобы переродиться в человека и остаться с Мамедом навсегда. Я сдался. Да, я сдался перед силой большой любви, несмотря на то, что хотел их выгнать в начале. История этой причудливой любви, пение прекрасной Русалки, которым наполнился мой дом, покой, пришедший к моему другу… Я сдался перед любовью, хоть она пришла не ко мне, а этажом выше.

Спустя шесть Лун, Изабель окончательно сбросила хвост и начала ползать, словно младенец, а еще спустя девять месяцев - научилась ходить. Изабель еще не умела говорить - только пела, и пела мне порой, после "переливаний крови", рассказывая о своем русалочьем племени, храбрых амфибиях, что выходят на сушу помогать заблудшим, о сестрах-русалках, ищущих покой на водных просторах, мечтающих уйти с пиратом… О племени, которое пытается выжить, несмотря на нефтепромысел.

Со временем я перестал осуждать Изабель и считать исчадием ада, ведь знаешь? Жизнь. Никогда не знаешь, удастся ли тебе прожить ее от и до в человечьей шкуре. Как говорят в этих краях - kimin əvvəli, kimin axırı… Спустя год Мамед и Изабель покинули мой особняк, уплыли на корабле бороздить просторы какого-то океана. Он иногда отправляет мне телеграммы и весточки из Америки и с Карибских островов. Говорит, тоже до конца вылечился и теперь может жить, не боясь полнолуний.


Хочешь моментально узнавать о новых сериях?
Получай весточку на почту!